|
|
|
|
| 9 сентября
2000 г. |
| Источник:
"Труд" |
| Автор: Константин
Кречетов |
|
И стала "дочка" "падчерицей"
|
|
"Славнефть"
намерена обанкротить ЯНОС
|
| Российско-белорусская
нефтяная компания "Славнефть" этим летом вошла в жесткий клинч с
собственными мелкими акционерами. Впрочем, едва ли их можно назвать
"мелкими" - им принадлежит без малого 13 процентов акций самой "Славнефти"
и свыше 40 процентов акций одного из ведущих предприятий компании
- нефтеперерабатывающего завода "Ярославнефтеоргсинтез" ("ЯНОС").
Но "Славнефть" ни в какую не хочет с ними делиться - ни прибылями,
ни участием в управлении заводом. Более того, в прессу просочились
слухи, что при необходимости "Славнефть" готова будет обанкротить
"ЯНОС". На первый взгляд ситуация парадоксальная: материнская компания
грозит разорить собственное предприятие, которое она сама же и собирается
реконструировать. Но парадокса никакого нет. Есть определенные "дыры"
в российском законодательстве, которыми можно злоупотребить. |
| В этом материале
мы постараемся кратко объяснить, зачем "Славнефти" может понадобиться
банкротство "ЯНОСа" и как оно ударит по российским государственным
интересам. Кроме того, мы убедимся, что угрозы президента "Славнефти"
М. Гуцериева не голословные. "Славнефть" действительно предприняла
ряд действий, служащих верными симптомами надвигающегося банкротства.
|
| Вопрос первый:
зачем? |
| Ни для кого
не секрет, что сегодня самый надежный способ сохранить предприятие
- это обанкротить его в собственную пользу. |
| Дело в том,
что в случае банкротства контроль над заводом, по российским законам,
переходит от акционеров к кредиторам. Таким образом, есть две стратегии
общения с мелкими акционерами "ЯНОСа": начинать с ними конструктивный
диалог или просто довести завод до разорения. Диалог не получается.
На все обращения новых акционеров "ЯНОСа" "Славнефть" отвечала отказом
(или не отвечала вовсе), из советов директоров "ЯНОСа" и самой "Славнефти"
их выдворили с грубыми нарушениями законодательства. Так что остается
второе - банкротство. |
| Прием этот
в российской практике не нов. Например, В. Палий, генеральный директор
ОАО "Нижневартовскнефтегаз", в свое время тоже обанкротил собственное
предприятие, чтобы осложнить его переход под контроль Тюменской
нефтяной компании. Любопытно, что сейчас он работает… вице-президентом
"Славнефти". |
| Как это
делается? |
| Преднамеренное
банкротство предприятия в "стандартном" случае проводится через
несколько основных этапов и выглядит примерно так. |
| Этап первый.
Руководство завода создает несколько фирм (желательно в оффшорных
зонах), которые начинают "вытягивать" из него средства - как правило,
берут продукцию завода на реализацию, а денег не возвращают. Таким
образом, завод все глубже погрязает в долгах, а его деньги аккумулируются
на заморских банковских счетах. Этот этап "Славнефть" уже прошла.
С оффшорами ей работать тем проще, что М. Гуцериев, прежде чем стать
президентом компании (а до того - избраться в Госдуму по списку
Жириновского), руководил банком "БИН". А "БИН" - это главное учреждение
легального оффшора под названием "Зона экономического благоприятствования
Ингушетия". |
| Так, частные
акционеры "Славнефти" обнаружили в структуре компании две странноватых,
дочерних, фирмы - "Лидер" и "Славнефть-трейд". Обе на 100 процентов
принадлежат "Славнефти" и зарегистрированы в оффшорах: одна - в
Ингушетии, другая - в одном из "закрытых городов" Подмосковья. Обе
брали на реализацию нефтепродукты "ЯНОСа", а денег не возвращали.
Никаких разъяснений, зачем "Славнефти" создавать внутри себя такие
"денежные сейфы", акционеры так и не получили. Кстати, поставщики
оборудования для "ЯНОСа" рассказали, что все расчеты с ними завод
вел исключительно через оффшорные фирмы в "заповедных уголках" России
и зарубежья. Но так или иначе, первый шаг к банкротству сделан.
|
| Этап второй.
Кредиторы завода (читай - подставные фирмы, близкие к ее руководству),
ссылаясь на наличие у завода просроченной задолженности, подают
в суд иск о признании завода банкротом. С этого момента на предприятии
вводится так называемое внешнее управление: его прежние руководители,
по сути, отстраняются от дел, а на их место приходит человек, назначенный
кредиторами - обладателями основных долгов. К этому этапу "Славнефть"
также начала готовиться, скупив по меньшей мере две трети долгов
"ЯНОСа". Таким образом, в случае банкротства завод попадает под
контроль материнской компании. |
| Обратим внимание:
"Славнефть" не погашает долги завода! Напротив, она перекупает их
у третьих лиц. Таким образом, восстановление платежеспособности
"ЯНОСа" ей не нужно, нужно контролируемое банкротство. Или, если
угодно, плановый развал предприятия. Но, может быть, у "Славнефти"
просто недостаточно денег для помощи заводу? Отнюдь. Совсем недавно
компания переехала в новый офис на Пятницкой улице. Впрочем, слово
"офис" едва ли подходит для этого дворца, чуда современной архитектуры
и самого дорогого конторского здания, сданного в Москве в эксплуатацию
в 2000 году. Так что денег хватает с избытком, просто назначение
им другое придумали. |
| Этап третий.
Внешний управляющий, посаженный в кресло кредиторами, пытается восстановить
платежеспособность завода. Но делает это он формально. Фактически
же процедура затевалась, как известно, с прямо противоположной целью.
Поэтому откачка средств из предприятия продолжается. Акционеры продолжают
кусать локти, глядя, как предприятие, в которое вложены их средства,
ударными темпами идет ко дну. |
| Этап четвертый.
Завод доведен до полного разорения, и его кредиторы заявляют, что
восстановить его платежеспособность уже невозможно. Остается лишь
пустить его с молотка - продать за долги (официально процедура именуется
конкурсным аукционом). Вот на этом аукционе завод и выкупают те,
кто его обанкротил. Ирония ситуации заключается в том, что приобретение
осуществляется за деньги самого завода, на первом этапе "откачанные"
из него в оффшоры. Таким образом, организаторам всей процедуры она
ничего не стоит! Вернее, она требует, конечно, определенных организаторских
усилий, но по сравнению с возможностью обставить акционеров эта
цена явно невелика. |
| Кому это
выгодно? |
| С рассмотрения
этого вопроса римские судьи рекомендовали начинать анализ любой
сложной проблемы. Собственно, мы и начали с того, кому выгодно банкротство
"ЯНОСа". Теперь же посмотрим, кому оно наносит ущерб. Таких гораздо
больше. Главный удар при банкротстве наносится, конечно, по акционерам
- они теряют все средства, вложенные в приобретение акций предприятия.
Но акционеры - далеко не единственная жертва. Местные бюджеты лишаются
значительной части поступлений. Собственно, уже сейчас "ЯНОС" почти
не платит местных налогов, на что сетовали наши источники, близкие
к ярославской городской администрации. |
| Страдает рабочий
коллектив. Нет, зарплату работникам выплачивают и в случае банкротства,
но вот новым жилищным строительством или иными социальными программами
предприятие заниматься не в состоянии. Страдает сам завод. Понятно,
что в случае его банкротства ни о какой реконструкции не может быть
и речи: предприятие, оказавшееся неплатежеспособным, должно не в
долгосрочные проекты вкладываться, а с долгами расплачиваться. Заводу
около тридцати лет, и дальнейший износ оборудования может привести
к полному развалу производства. |
| Наконец, страдает
государство, общество в целом. Во-первых, падает престиж государства
как крупнейшего собственника "Славнефти". Во-вторых, как мы отметили,
удар наносится по интересам производства, что в скором будущем может
привести к дополнительной напряженности на топливном рынке Центральной
России, включая Москву. В-третьих, мелкие акционеры "ЯНОСа" (а среди
них много зарубежных компаний) обязательно расскажут иностранным
инвесторам, как обошлись с их вложениями в "ЯНОСе". Возможно ли
остановить этот процесс? Не только можно, но и необходимо! Так что
слово остается за государством, собственником компании, и правоохранительными
органами. |
|
|
